-- А х'рошій татаринъ попался!.. Правильный... разсудительный. Вѣрно! Дѣйствительно, водка -- это дрянь. Правильно онъ говоритъ -- и здоровье разстраиваетъ, и деньги, и начальство. Правильно! Ей Богу, чего тамъ. Онъ молодецъ! Я знаю, что я сдѣлаю: я брошу пить! А? Прошу молчать, не возражать... Брошу и баста!
Онъ приподнимаетъ руку и, немного согнувшись, долго стоить такъ, будто прислушиваясь къ какимъ-то разбуженнымъ голосамъ, неясно звучащимъ внутри его.
Прислушался... Будто провѣрилъ себя. Потомъ энергично разрубилъ воздухъ поднятой рукой.
-- Бросилъ!!
А татарину -- едва только отошелъ прохожій -- сдѣлалось вдругъ скучно.
Онъ долго покачивалъ головой, причмокивалъ и одергивалъ свои широкіе шаровары.
Потомъ сказалъ онъ самъ себѣ:
-- Диствит'лна, хорошо гаво'ртъ человѣкъ. Правилна. Разъ я выпимши и минѣ хорошо -- кому какой дѣло да?.. Надо, разумѣйса, имѣть на свой жизнь удоволствіе... Эхъ, адынъ разъ попробовать, пачему не попробовать да?..
Рѣшительно поднявшись съ корточекъ, татаринъ еще больше заламываетъ на затылокъ шапку, беретъ на руку корзину и бодро шагаетъ къ берегу -- въ веселый севастопольскій трактиръ "Досугъ моряка"