-- А вы ее вчера вечеромъ цѣловали въ залѣ, когда мама съ папой гуляли въ саду.
Меня разобралъ смѣхъ.
-- Да какъ же вы это видѣли?
-- А мы съ Лелькой лежали подъ диваномъ. Долго лежали, съ самаго чая. А Гришка на подоконникѣ за занавѣской сидѣлъ. Вы ее взяли за руку, дернули къ себѣ и сказали: "Милая! Вѣдь я не съ дурными намѣреніями!" А тетка головой крутитъ, говоритъ: "ахъ, ахъ"!..
-- Дура! -- сказалъ, усмѣхаясь, маленькій Лелька.
Мы помолчали.
-- Что же вы хотѣли мнѣ сказать о ней?
-- Мы боимся, что вы съ ней поженитесь. Несчастнымъ человѣкомъ будете.
-- А чѣмъ же она плохая? -- спросилъ я, закуривая отъ Ваниной папиросы.
-- Какъ вамъ сказать... Слякоть она!