-- И до комнаты Лизы?
-- Тамъ ужъ легко. Шаговъ двадцать.
-- Интересно было бы мнѣ на это посмотрѣть... Только вдругъ ты меня надуешь?.. Какъ я провѣрю? Развѣ вотъ что... Я тебѣ дамъ кусочекъ бумажки, а ты и доскачи съ нимъ до комнаты Лизы. Отдай ей бумажку, а она пусть черкнетъ на ней карандашемъ, хорошо ли ты доскакалъ!
-- Здорово! -- восторженно крикнулъ я. -- Вотъ увидишь, -- доскачу. Давай бумажку!
Онъ написалъ нѣсколько словъ на листкѣ изъ записной книжки и передалъ мнѣ.
-- Ну, съ Богомъ. Только, если кого-нибудь другого встрѣтишь, бумажки не показывай -- все равно, тогда не повѣрю.
-- Учи еще! -- презрительно сказалъ я. -- Гляди-ка!
По дорогѣ къ комнатѣ сестры, между двумя гигантскими прыжками на одной ногѣ, въ голову мою забралась предательская мысль: что, если онъ нарочно придумалъ этотъ спортъ, чтобы отослать меня и, пользуясь случаемъ, обокрасть мой домикъ? Но я сейчасъ же отогналъ эту мысль. Былъ я малъ, довѣрчивъ и не думалъ, что люди такъ подлы. Они кажутся серьезными, добрыми, но чуть гдѣ запахнетъ камышевой тростью, нянькинымъ платкомъ или сигарной коробкой -- эти люди превращаются въ безсовѣстныхъ грабителей.
III.
Лиза прочла записку, внимательно посмотрѣла на меня и сказала: