-- Сардинки? Спасибо, Спиридонъ Иваньиъ. Я ихъ не ѣмъ.
-- "Сумасшедшая какая-то, -- вздыхаетъ Додя. -- Хочу чтобъ сардинки были мои"...
Марина Кондратьевна, та самая, у которой камни въ печени, беретъ на кончикъ ножа микроскопическій кусочекъ икры.
"Ишь ты, -- думаетъ Додя. -- Навѣрное, боится побольше-то взять: мама такъ по рукамъ и хлопнетъ за это. Или просто задается, что камни въ печени. Рохля".
Подаютъ знаменитые долгожданные блины.
Все со звѣрскимъ выраженіемъ лица набрасываются на нихъ. Набрасывается и Додя. Но тотчасъ же опускаетъ голову въ тарелку и, купая локонъ темныхъ волосъ въ жидкомъ маслѣ, горько плачетъ.
-- Додикъ, милый, что ты? Кто тебя обидѣлъ?...
-- Бли... ны...
-- Ну? Что блины? Чѣмъ они тебѣ не нравятся?
-- Такіе... круглые...