-- Надеюсь, ты не откажешься быть свидетелем с моей стороны?
Бондарев положил ему руку на плечо и сказал: -- Конечно. Я все это устрою. Но, скажи, пожалуйста... чем этот субъект тебя оскорбил? Может быть, пустяки?
-- Нет, не пустяки! Вовсе не пустяки, Бондарев! Я не могу тебе сказать, что именно -- мне это слишком тяжело -- но не пустяки.
-- Хорошо, -- серьезно сказал Бондарев. -- Тогда -- решено! Завтра я заеду к тебе и сообщу о подробностях.
Гости стали торопиться домой.
Когда Стамякина хватилась мужа, то выяснилось, что он лежит в кабинете хозяина на диване. Когда его разбудили, он с трудом открыл глаза, заплакал и заявил, что пусть лучше завтра сошлют его на каторгу, чем сегодня поднимают с дивана.
-- Завтра можете меня ругать, бить по лицу, унижать, но сегодня -- я вас очень прошу -- не трогайте меня... Все равно я сейчас же упаду и разобью голову до крови. Не трогайте меня, миленькие!
-- Свинья! -- прошептала Стамякина и взяла Бондарева под руку. -- Вы не откажетесь проводить меня?
Сердце Бондарева сладко заколотилось.
-- Вы... спрашиваете?.. Господи!