Кухарка (входя). Телеграмму принесли, вот-с -- распишитесь!
Симахина (в то время как муж расписывается, распечатывает телеграмму). Боже! Что же это такое?!!
Симахин. А что?
Кухарка уходит.
Симахина (читает). "Павлик будет сегодня. Сожалею, сама быть не могу, его привезет няня. Если ночью будет спать неспокойно, ничего -- это от зубов. Ваша Завидонская".
Симахин (свистит). Фью-ю!.. Э, черт возьми!.. Что это значит, от зубов?! Если у этого парня прорезываются зубы, хороши мы будем. Он проорет целую ночь. Экая жалость, что мы не указали желаемого нам возраста. Я думал -- мальчишка восьми-десяти лет, но если это годовалый младенец... благодарю покорно-с!
Симахина. Вот видишь! А ты купил ему кровать чуть не в два аршина длины. Как же его положить туда? Он свалится...
Симахин (раздраженно). Э! Наплевать! Мне уже кажется, что мы сделали глупость!.. Впрочем, ничего, не подохнет. Можно его веревками к кровати привязать, чтобы не падал. Но только если этот чертенок будет орать...
Симахина. У тебя нет сердца! Не беспокойся... Тебе возиться с ним не придется... Если малютка станет плакать (мечтательно), я ласково успокою его. Прижму к груди и тихо-тихо укачаю. Агафья! Агафья!
Входит кухарка.