-- Хрустит? -- иронически усмехнулся урядник Лапов.
-- Бывает, что и хрустит. Подумайте! Когда глаз тонет в этой беспредельной синеве.
-- Уж вы скажете тоже -- беспредельная! В этакой-то чепухе да беспредельность... Эх, господин Огрызко!
-- Что такое?
-- Как говорится: в шесть дней сотворите все дела свои, в седьмой же -- повезу я вас к исправнику, да и...
Студент с нетерпением перебил:
-- Удивительный вы человек, право. Я вижу, вы без исправника дышать не можете! Кому он нужен? Вам -- нет! Мне? Тем более. Слушайте, господин Лапов: не в исправнике истина, а в природе. В слиянии с нею! Поняли? Скажем, синева ясного неба оставляет вас равнодушным. Но Боже ты мой! Чье сердце не дрогнет при виде красного пылающего заката, того заката, который разлился громадной полосой, охватив чуть не полнеба...
-- Полнеба? -- скептически усмехнулся урядник. -- Где же это полнеба? Которые? Я, конечно, не говорю... к исправнику можно и не ездить: у него дела -- зачем же мы будем отнимать у него время, не правда ли?
-- Золотые слова!
-- Ну вот. Однако больше недели жить вам здесь никак нельзя. Вы только то сообразите...