И в ответ на это около рояля раздался уже не стук, а тонкий, какой-то заржавленный и сонный голосок:
-- Какой же я дух?.. Хорошего духа нашли.
Все вздрогнули и сдвинулись ближе.
-- Тебя зовут экзекутор Бурачков? -- дрожащим голосом спросил Сычевой.
-- Ну, без хамства, -- с неудовольствием отвечал Бурачков, -- что это еще за "ты"! Не люблю.
-- Вот тебе и материализация, -- прошептал трясущимися губами старший брат Заусайлов. -- Что-то мне нехорошо делается.
-- Вы, господин Бурачков, себя хорошо чувствуете? -- спросила деликатная Чмокина, стремясь загладить происшедшее.
-- Неважно, -- с протяжным вздохом простонал Бурачков. -- Очень даже неважно. Холодно мне.
-- Генерал! Можно дать ему ваше пальто?
-- Ну вот еще, -- боязливо и недовольно пролепетал генерал. -- А как же я... Ведь пальто с бобровым воротником.