-- Вот тебе! Нажили на свою голову! -- раздраженно сказал Синявкин. -- А все Заусайлов. "Голубчик, ты уплотняешься? Ну, уплотняйся, уплотняйся!.." Вот он тут и уплотнился. Попробуйте сковырните его теперь!
-- Вы зачем здесь? -- сердито сказал младший Заусайлов, обращаясь к призраку. -- Вам что нужно? Это -- ваша квартира? Это -- чужая квартира! Вы хотите, чтобы мы полицию позвали? Она вам покажет, как уплотняться!
Бурачков молчал и только испуганно, исподлобья на всех поглядывал.
-- Медиумы! -- вдруг освирепел генерал. -- Чего ж вы смотрите!! Это ваше дело избавить нас от него. Вы вызвали, вы и разделывайтесь, как знаете.
-- Я же пробовала, -- беспомощно пролепетала Фанни Яковлевна. -- Ничего не выходит. Очевидно, он слишком уплотнился... Вы же сами просили...
В глубине комнаты тихо, как обиженный ребенок, плакала девица Чмокина. Ей казалось, что Бурачков никуда не уйдет отсюда и поэтому вся ее налаженная жизнь должна пойти прахом.
Генерал не мог видеть женских слез.
Он почти вплотную приблизился к Бурачкову и бешено гаркнул ему в лицо:
-- Пошел вон!!
Бурачков только скорбно улыбнулся и прошептал: