...А когда разговор перешел на другие темы, Гриняев сказал:
-- Доброта и добро -- не одно и то же.
-- Почему? -- возразил Капелюхин. -- Доброта относится к добру так же, как телячья котлета к целому теленку. Другими словами: доброта -- это маленький отросток добра.
-- Ничего подобного, -- в свою очередь возразила и Марья Михайловна. -- Добро прекрасно, возвышенно, абсолютно и бесспорно, а доброта может быть вздорной, несправедливой, мелкой и односторонней.
-- Не согласен! -- замотал головой Капелюхин. -- Добрый человек всегда и творит добро!..
-- Хорошо, -- перебил Гриняев. -- В таком случае я приведу пример, из которого вы едва ли выпутаетесь... Скажем, путешествуете вы по какой-нибудь там пустыне Сахара со своими двумя детьми и со слугой... И вдруг оба ваших мальчика заболевают какой-нибудь туземной лихорадкой... У вашего слуги есть вполне достаточный для спасения жизни детей запас хины, но слуга вдруг уперся и ни за что не хочет отдать этого лекарства. Выхода у вас, конечно, только два: или убить слугу и этим спасти двоих детей, или махнуть на слугу рукой -- и тогда дети ваши в мучениях умрут. Что бы вы сделали?..
-- Я бы убила этого подлеца слугу и взяла бы его лекарство, -- мужественно сказала Марья Михайловна.
-- А вы, Капелюхин? -- спросил Гринев. -- Ведь пример-то сооружен для вас.
-- Что бы сделал я? Ну, я бы пообещал слуге все свое состояние, пошел бы сам к нему слугой, стоял бы перед ним на коленях...
-- Пример предполагает полную непреклонность слуги...