-- Почему? -- равнодушно спросил я.
-- А вот Рождество скоро. Каникулы... Отдохнем от думской сутолоки. А вы почему... такой?
-- Мне тяжело, вообще. Как вспомню я истязания политических каторжников в Зерентуе и их самоубийство -- так сердце задрожит и сожмется.
Он протяжно свистнул.
-- Вот-о-но-что... Да ведь это закона не нарушает.
-- Что не нарушает?
-- Да что их пороли.
-- Послушайте, Плюмажев...
Он потонул в мягком кресле и добродушно кивнул головой.
-- Конечно! Статья закона гласит: "За маловажные преступления и проступки каторжникам полагаются розги не свыше ста ударов". Еще недавно по этой же статье до 1906 года полагалось, кроме розог, наказывать плетьми даже за маловажные поступки. Это отменено, о чем я весьма сожалею...