-- Нет, Аркадий, по праву эта вещь твоя, ты дал и сюжет и внес в исполнение нотку скорбной иронии, которая так украсила фельетон. Нет, папаша, фельетон этот по праву твой!
-- Но, сынок, -- возражал я. -- Пойми же, что фельетон весь целиком написан тобой. Ты его писал, а я сделал всего два-три замечания.
-- Нет, папаша, и т. д.
И с упрямым видом, поблескивая кроткими, ласковыми глазами, он долго теребил свою рыжеватую маленькую бородку...
Не знаю, может быть, меня упрекнут в пристрастии к Фоме Опискину, но я говорю, что думаю; я считаю эту книгу замечательной. Блеск, сила, темперамент, сжатость выкованного мастерской рукой слога, ошеломляющий своей неожиданностью юмор -- все это должно поставить эту книгу в ряд интереснейших книг последних лет.
Такие вещи, как "Грозное местоимение", "Виктор Поликарпович", "Новые правила" и несколько других, помещенных в этой книге, должны занять почетное место в любой хрестоматии нашей общественной и политической жизни -- если бы такая хрестоматия была кем-нибудь когда-нибудь выпущена в свет.
Аркадий Аверченко
БЫЛОЕ
(Русские в 1962 году)
Зима этого года была особенно суровая...