И долго сидели оба, похудевшие, бледные, осунувшиеся, на турецких диванах.
И перешли оба в эту тяжелую минуту с дипломатического французского на свой турецкий язык.
-- Рахат-лукум, -- тихо прошептал противник объявления войны.
-- Шалтай-балтай, -- согласился его рассудительный товарищ, повесив, пока что, собственную голову на грудь.
Смеркалось...
РУМЫНСКАЯ МУЗЫКА
Когда поведение Румынии окончательно вывело меня из терпения, я решил, что с Румынией нужно объясниться начистоту.
-- Скажите, -- обратился я к одному знакомому, -- где можно найти какого-нибудь настоящего румына?
-- Настоящего румына?
-- Да.