И вдруг Чикалкину ударило в голову:
-- А что, если...
Он схватил начатое письмо и изорвал его в клочья.
-- Положим... Не может быть!.. А вдруг!
Октябрист Чикалкин долго ходил по комнате и наконец, всплеснув руками, сказал:
-- Ну, конечно! Просто нужно поехать к исправнику и спросить о причине неразрешения. В крайнем случае -- припугнуть.
* * *
Чикалкин оделся и вышел на улицу.
-- Извозчик! К исправнику! Знаешь?
-- Господи! -- с суеверным ужасом сказал извозчик, -- да как же не знать-то! Еще позавчерась оны меня обстраховали за езду. Такого, можно сказать, человека, да не знать! Скажут такое.