Что же от них остается? Ровно ничего.
Три инспектора обиженно заявляют, что "они -- простые исполнители требований закона".
Да я разве говорю, что вы плохие? Закон плох. Закон никуда не годится.
Я ему подчиняюсь, как обязан подчиняться всякий гражданин, но требовать отмены этого жестокого, губящего театр и обрекающего актера на медленную голодную смерть -- закона, требовать, чтобы вопиющая несправедливость была уничтожена -- я должен, как писатель и гражданин.
И если бы вы были не точными исполнительными машинами, а живыми людьми с нервами, сердцем и живой кровью, вы бы мне не возражали, а составили бы вы докладную записку о негодности на практике закона о "сорокапроцентном" налоге, да и подали бы куда следует.
Но вы этого, конечно, не сделаете... Вы, как диккенсовский мистер Тиккльтон в "Сверчке на печи" -- только строго деловые люди.
ОТКРЫТИЕ "ГНЕЗДА ПЕРЕЛЕТНЫХ ПТИЦ"
В небольшом уютном помещении бывшей "Летучей мыши" Аркадий Аверченко и артист императорских театров Свободин свили свое гнездо, которое, судя по началу, должно сделаться излюбленным приютом русских константинопольцев.
Обширная веселая программа, экспромты Аркадия Аверченко, рассказы Свободина, крохотные пьески и инсценировки, много музыки и пения -- все это так напоминает прежний беззаботный артистический Петербург и Москву, что публика хоть на два часа забыла унылое безрадостное настоящее.
Имели успех "Нестеровские настроения" Тэффи в передаче Бучинской и "Москвичка в Константинополе", диалог Арк. Аверченко в исполнении самого автора и г-жи Твардовской.