— Тут уж не беспокойся.
— Отошьют.
— Дальше. «Только соединению вашему помешает много думающая о себе его тетка».
— Ишь, стерва, — возмутился рыжий солдат из числа искренно сочувствующих Михееву.
— Она, баба, действительно… Куда не впутается, везде дрянь будет.
— Ишь-ты: «много думающая о себе тетка». Дать бы ей хорошей выволочки — так не думала бы о себе много.
— Жидок на расправу их брат, — заметил тот же наиболее израненный стрелами Амура. — От первого леща такой вой подымет, что и-и-их!
— Ну, замолчи. Разговорился тут. Читайте, барин, дальше.
— «Будь, однако, в постановлениях своих постоянен, так по смерти этой тетки он… гм… она обвенчается и осчастливит тебя».
Михеев вдруг прыснул в кулак, но тотчас же, будто испугавшись, принял преувеличенно важный вид.