Драм. Вздоръ! Какъ же она могла горѣть?
Аверч. Она и не горѣла. Она въ этомъ отношеніи солидарна съ полуостровомъ св. Елены, который ни только не горѣлъ, но даже болѣе того — островъ.
Драм. Ну, знаете, объ этомъ мы поспоримъ; можетъ быть, Св. Елена и островъ, но не весь же островъ, чертъ возьми, занималъ Наполеонъ. Совершенно ему достаточно было и полуострова.
Аверч. Значитъ, половина острова, по вашему — полуостровъ?!
Драм. Логика говоритъ за это.
Аверч. (долго сдерживаемая ярость въ сердцѣ его прорывается наружу; онъ вскакиваетъ, хватаетъ драматурга за шиворотъ; трясетъ). Это уже слишкомъ, негодяй! Я вижу, ты совершенно не знаешь исторіи! Ты не знакомъ съ техникой! Ты даже не слышалъ о логикѣ!!. Географію ты знаешь не больше любой извозчичьей клячи!!. И ты берешься писать пьесу о Наполеонѣ объ Александрѣ Македонскомъ прошлаго вѣка!!!
Драм. (падаетъ въ кресло; съ сожалѣніемъ). Вотъ Александра Македонскаго я и забылъ вывести… Какъ говорится: «слона-то я и не примѣтилъ!»
МУЗЫКА ВЪ ПЕТЕРГОФѢ
Концерты придворнаго оркестра подъ управленіемъ Г. И. Варлиха.
Когда я сижу передъ эстрадой и слушаю хорошую музыку въ прекрасномъ исполненіи, когда я вижу около себя публику, часть которой упорно, не мигая, смотритъ на надутую щеку тромбониста (музыкальныя натуры), а другая часть ведетъ разговоръ о вчерашнемъ дождѣ (равнодушные) — я всегда вспоминаю одинъ случай, въ которомъ какъ разъ была замѣшана публика и музыка.