- Читатели! Вы все, в ком еще не заглохла жажда настоящей жизни, любовь к настоящему простому, ясному человеку, стремление к искреннему веселью и непосредственной радости, - сходите в Народный дом, потолкайтесь в толпе.
"Действительно, открыл Америку", - подумает кто-нибудь, пожав плечами.
Нечего пожимать плечами. Большинство читателей "Нового Сатирикона" в Народном доме ни разу не было, и я, как новый Колумб, уподобив читателей "Нового Сатирикона" испанцам, предлагаю им новую, только что открытую мною страну - Народный дом.
Всякий испанец поблагодарит меня, если ему взбредет в голову, на основании этих строк, потолкаться по обширной территории Народого дома.
Крысаков, по крайней мере, пришел в восторг.
- Какой простор! Какие милые, славные лица... Вот он, настоящий русский народ. И какое искреннее веселье!
Тут же он заговорил с одним парнем, восхищенно глазевшим на измазанных мелом клоунов:
- Энто, стало быть, скоморошество вдругорядь причинно и изничтожению кручинушки, котора, как змея злоехидная, сосет-томит молодецкую грудь... Взираешь на таку посмеху, да и только тряхнешь кудрями.
Действительно, у парня на лице выразилось сильнейшее желание тряхнуть кудрями - только не своими, а крысаковскими.
- Ты чего ко мне привязался, - сказал парень очень угрюмо, - я ж тебя не трогаю.