-- Позвольте, прервалъ наконецъ Чулковъ,-- къ чему о томъ распространяться въ чемъ, по вашимъ же словамъ, мы всѣ согласны.
-- Но я надѣюсь, насупившись и нѣсколько отставивъ нижнюю губу, пробурчалъ Погалевъ,-- что вы не будете во что бы то ни стало настаивать на поединкѣ, и да же наша прямая обязанность какъ секундантовъ...
-- Я тоже, хгы, согласенъ; дуэль -- совершеннѣйшій вздоръ...
И князь въ свою очередь пустился-было въ разглагольствованія объ отсталости дуэли.
-- Ваша рѣчь впереди, рѣзко прервалъ его Чулковъ, и къ Погалеву:-- Наша обязанность какъ секундантовъ, насколько я понимаю, состоитъ вопервыхъ въ томъ чтобы рѣшить: есть ли достаточный поводъ къ дуэли...
-- Я о словахъ не спорю, поспѣшно вставилъ Погалевъ, опасаясь чтобы приготовленная фраза не пропала безслѣдно,-- хотя не могу не замѣтить что вы изволили выразить ту же мысль что я имѣлъ раньше въ виду.
-- Прекрасно. Господинъ Хамазовъ въ своемъ письмѣ утверждаетъ будто господинъ Кононовъ совершилъ въ извѣстномъ домѣ извѣстные -- надо полагать для господина Xамазова оскорбительные -- поступки и требуетъ за это удовлетворенія. Потрудитесь вкратцѣ изложить въ чемъ именно состояли эти поступка, гдѣ совершены и видите ли вы въ нихъ, по совѣсти, достаточный поводъ къ дуэли.
Погалевъ замялся.
-- Я полагалъ что все это лучше всѣхъ извѣстно господину Кононову....
-- Лучше, или нѣтъ извѣстно это господину Кононову, для васъ троихъ рѣшительно все равно; мы о томъ только можемъ судить что намъ извѣстно.