Съ чего сталось? Иванъ до этого не додумывался. А додуматься, легче ли станетъ? Можетъ. по человѣку глядя: иному еще тяжеле будетъ.
Со стороны поглядѣть, кажись бы не съ чего. Жилось какъ всегда. Къ князю привыкъ и князь къ нему; съ измальства при князѣ. Еще какъ князевъ отецъ на дальнемъ воеводствѣ сидѣлъ, Ивановъ родитель къ нему въ ключники пошелъ. Былъ онъ вдовъ, и былъ у него сынишка по третьему году, Ванькой звали. {Замѣчу мимоходомъ что въ народной рѣчи уменьшительныя: Ванька, Сенька, Машка, Дунька, вовсе не имѣютъ презрительнаго смысла.} Со старымъ княземъ какой еще рядъ заводить было? Добръ человѣкъ, не обидитъ. Кадочникъ умеръ раньше господина, прикинувъ ему сынишку, просилъ не оставить. И князь старый вскорѣ умеръ. Остался Ванька на рукахъ у молодаго князя мальчёнкомъ лѣтъ семи. Князь полюбилъ сиротку. Мальчикъ былъ понятливый, грамота ему далась, къ дѣлу сталъ онъ привыкать рано. Еще на Москвѣ въ послѣднее время онъ у князя почитай за ключника былъ, а въ деревнѣ, особенно послѣ князевой женитьбы, и всѣ ключи въ его руки перешли. Князь порой Ванькой хвалился: изъ молодыхъ де ранній. Князь былъ человѣкъ воздержный и воздержательный, то-есть и самъ за собою строго смотрѣлъ, и другихъ воздерживать умѣлъ. У такого господаря, только дѣло по совѣсти справляй, худаго слова не дождешься. Зная по себѣ какъ чужая неправда тяжело отзывается на человѣкѣ, князь старался быть справедливымъ; не сказали бы про него что онъ про другихъ говоритъ.
Какъ выросъ онъ у князя, былъ имъ вскормленъ, во времъ отъ него облагодѣтельствованъ, Ванька не подумалъ даже со своимъ кормильцемъ рядиться. Притомъ же онъ не шелъ въ ключники, не думалъ объ этомъ, само собой сдѣлалось. Росъ, росъ, да и выросъ въ ключника. Князь съ нимъ обращался не какъ съ другими, говаривалъ съ нимъ нерѣдко, наставлялъ его, въ понятіе приводилъ. Написать что надо -- Ванька пишетъ; читать его князь заставитъ лѣтописца, душеспасительную ль книгу какую, самъ слушаетъ сидитъ, размышляетъ. Намыслитъ что, скажетъ. Все что Иванъ знаетъ, княземъ въ него насажено; онъ его человѣкомъ, каковъ онъ есть, поставилъ.
Не за княземъ ему вѣкъ прожить, такъ гдѣ же? Дѣти будутъ, пошли Господь и дѣтямъ того же. "Знамо, время придетъ, жену себѣ возьму", думалось порой Ванькѣ, "и жениться мнѣ не страшно. Князь жалуетъ меня довольно, живу же я на всемъ на готовомъ; если раньше меня умретъ (дай ему, Господи, долгаго вѣку!), не безъ ничего я останусь, отъ жалованья не мало скопится: съ деньгой тогда, вездѣ человѣкъ. Будутъ дѣти у князя, у нихъ можетъ останусь, только не безъ ряду: молодые господа перемѣнчивы. А не то,-- вольный человѣкъ. Не забудетъ же князь про волю мою въ душевной грамотѣ написать: не таковъ человѣкъ чтобы грѣхъ такой великой на душу взять А не пошлетъ, какъ родителю же моему, Господь мнѣ вѣку, дѣти махонькія послѣ меня осиротѣютъ, не прогонитъ князь, вскормитъ, какъ меня вскормилъ же."
Ивановъ жизненный путь былъ прямъ, только не сбивайся съ него.
Съ полгода, какъ затосковалъ Иванъ; самъ не зная по комъ, или по чему. Князь Григорій Александровичъ ту тоску его замѣтилъ.
-- А не пора ль, Ванюшка, женить тебя? спросилъ онъ смѣючись.-- Я вотъ въ отцы тебѣ гожусь, да молодую княгиню себѣ понялъ же; не въ чернецы себя готовишь!
Женитьба, о чемъ прежде Иванъ разсуждалъ спокойно, какъ о дѣлѣ житейскомъ, въ извѣстные годы неизбѣжномъ, теперь вдругъ показалась ему страшна. На сердцѣ словно шепнулось: нельзя тебѣ. Онъ спутался и пробормоталъ невнятный отвѣтъ.
-- Ужъ не мнѣ ль невѣсты тебѣ поискать? продолжалъ смѣяться князь.
-- Твоя воля, государь, отвѣтилъ по привычкѣ ключникъ.