ДРАМЫ
Предисловіе къ первому изданію.
Настоящее изданіе моихъ драматическихъ произведеній вызвано требованіемъ нѣкоторыхъ изъ нихъ для провинціальныхъ театровъ; пока выдается только первый томъ; отъ благосклонности, съ какой онъ будетъ принять публикой, зависитъ дальнѣйшая судьба изданія...
По плану все изданіе должно состоять изъ трехъ томовъ. Въ первый включены: "Слобода Неволя", "Фролъ Скабѣевъ", "Каширская старина" и "Темный и Шемяка". Во второмъ предполагается помѣстить слѣдующія пьесы: "Изъ мрака къ свѣту", "Княгиня Ульяна Вяземская", "Разрушенная Невѣста", "Царевичъ Алексѣй", "Франческа Риминійская"; третій составятъ: "Непогрѣшимые", "Смерть Мессалины", "Сидоркино дѣло", "Трогирскій всевода" и "Столичный Слетокъ". Итого, четырнадцать піесъ; въ изданіе не включены нѣкоторыя юношескія произведенія, которыя хотя и даются порою доселѣ въ провинціи, но не представляютъ, по-моему, интереса для читателей. Для театровъ же они имѣются въ литографированныхъ изданіяхъ.
Оглядываясь на мою свыше двадцатилѣтнюю драматургическую дѣятельность, замѣчу слѣдующее. Изъ четырнадцати піесъ три, а именно "Слобода Неволя", "Разрушенная Невѣста" и "Царевичъ Алексѣй", не дозволены доселѣ къ представленію. "Слобода Неволя", написанная почти одновременно съ трагедіей графа А. К. Толстого "Смерть Іоанна Грознаго", не разъ въ теченіе 20 лѣтъ разсматривалась драматической цензурой, неизмѣнно налагавшей на нее свое veto. Вначалѣ я склонялся къ мысли, что причиной тому ея, такъ-сказать, романтичность, отсутствіе въ ней академической важности, полагавшейся во время оно принадлежностью "исторической" драмы; но послѣ допущенія на сцену "Василисы Мелентьевой", рисующей Грознаго въ домашнемъ быту, не просто какъ царя, но и какъ живую личность, причина сказаннаго veto для меня неясна. Въ двухъ другихъ піесахъ: въ "Разрушенной Невѣстѣ" и "Царевичѣ Алексѣѣ", драматическая цензура не усматриваетъ по существу ничего подлежащаго запрещенію; и единственная причина ихъ недопущенія на сцену заключается въ устарѣвшемъ правилѣ, возбраняющемъ безусловно появленіе на театральныхъ подмосткахъ царствовавшихъ лицъ дома Романовыхъ, начиная съ Михаила Ѳедоровича. Правда, говорятъ еще, что если ужъ допустить изображеніе Петра на сценѣ, то желательно, чтобъ онъ былъ представленъ въ одинъ изъ безусловно-доблестныхъ моментовъ своей исторіи. Уже Лессингъ показалъ ошибочность такого воззрѣнія на театръ: трагическая муза невиновна въ тонъ, что по самой сущности своего искусства можетъ изображать героическія личности только въ трудныя и горькія минуты ихъ жизни.
Что касается моей театральной карьеры, то врядъ ли ее можно назвать особенно счастливой. Изъ одиннадцати дозволенныхъ цензурой піесъ на императорскомъ театрѣ въ Москвѣ было поставлено шесть, то-есть только половина, а именно: "Фролъ Окабѣевъ", "Каширская Старина", "Темный и Шемяка", "Изъ мрака къ свѣту", "Ульяна Вяземская" и "Смерть Мессалины". Сверхъ того, "Сидоркино дѣло" и "Трогирскій воевода" въ Москвѣ нашли себѣ пріютъ на частныхъ сценахъ; первая въ театрѣ г-жи Вренко, вторая у г. Лентовскаго. Въ Александринскомъ театрѣ произошло нѣчто подобное: послѣ "Фрола Скабѣева" и "Каширской Старины", постановка коихъ никакъ не можетъ быть названа безвыгодной для дирекціи (а у насъ въ театрѣ прибыль цѣнится выше искусства), я былъ изгнанъ изъ театра на цѣлыя восемь лѣтъ кряду. Затѣмъ были поставлены: "Сидоркино дѣло", "Трогирскій воевода" и "Столичный Слетокъ". Итого, пять тесъ изъ одиннадцати, то-есть менѣе половины. Двѣ піесы, а именно "Франческа Риминійская" и "Непогрѣшимые", вовсе не были поставлены ни на одной изъ столичныхъ сценъ, хотя прошли всѣ подлежащія мытарства. Нынѣ всѣ мои піесы поголовно исключены изъ репертуара императорскихъ театровъ, и мое имя вовсе не появлялось бы на столичныхъ афишахъ, если бъ московскіе любители и г-жа Козловская въ Петербургѣ раздѣляли относительно меня мнѣніе дирекціи.
N. В. Въ настоящее изданіе, тщательно пересмотрѣнное авторомъ, внесены необходимыя измѣненія, сокращенія и дополненія, а потому желательно, чтобъ режиссерскія управленія, при постановкѣ или возобновленіи піесъ, руководствовались предлагаемымъ текстомъ.
Д. А.
12-го февраля, 1886.