Но я проснулся и разсѣялъ грезу.
Кто былъ силенъ, тотъ устоялъ вмѣстѣ съ Шекспиромъ; кто нашолъ "его дѣла," тотъ бросилъ вмѣстѣ съ нимъ всю эту пошлую обстановку, со всѣми ея многообразными скандалами, нерѣдко требовавшими появленія шерифа, съ хозяйками въ родѣ мистриссъ Квикли, съ сударынями въ родѣ миссъ Доль, по прозванію "Рваная Простыня" (Tear-sheet).
Жизнь Шекспира была похожа на жизнь его любимаго героя, короля Гарри, чье имя, равно какъ и имена его сподвижниковъ, будутъ звучать во вѣки,
Какъ обыденныя, семейныя слова. (*)
(*) Лучшее не умѣю перевести чуднаго стиха "familiar in their mouths, as household words".
Въ юности всяческія безобразія и буйства,-- но насталъ день дѣла -- и все забыто. Шекспиръ сразу заявилъ себя, какъ только нашолъ настоящее дѣло, его собственное дѣло; дѣло котораго никто, кромѣ его, не могъ выполнить.
Пока не требуетъ поэта
Къ священной жертвѣ Аполонъ,
Въ заботахъ суетнаго свѣта
Онъ малодушно погружонъ;