Старушка с удивлением и благодарностью слушала её восторженный бред.
— Ах, если бы так было, Катя! — говорила она со вздохом. — Если бы так могло быть!
Один раз Катя пришла раньше обыкновенного; горничная сказала ей, что Анна Николаевна и Вера только что уехали. Катя не хотела ждать и только что повернулась, чтобы уйти, как дверь из кабинета Агринцева отворилась, и он сам вышел в переднюю.
— Мамы и сестры нет, — сказал он, — но разве вы не хотите посидеть со мной?
Один миг она колебалась, но потом скинула шубку и в шапочке и перчатках вошла в его комнату.
— Сегодня холодно, — говорила она явно только для того, чтобы говорить что-нибудь, — но я люблю мороз без ветра, и уж на что я ленива, а, всё-таки, пришла пешком.
— Вы спешите куда-нибудь?
— Нет.
— Так снимите же шляпу и это…
Он указал на её боа, а потом взял её руку и стал медленно, неумело расстёгивать пуговицы её перчатки.