— Разве мы больше не увидимся?
— Отчего же? Когда-нибудь… вероятно… И я ещё зайду проститься с вами.
Но она не зашла. Анна Николаевна рассказала ему, что она уехала, и просила передать ему свой прощальный привет.
Рачаев настаивал на том, чтобы семья Агринцевых как можно скорее переехала в деревню, и вызвался сам сопровождать больного. Анна Николаевна горячо благодарила его.
Гладя на счастливое, похорошевшее лицо сестры, Семён Александрович начал немного тревожиться.
— Ты знаешь, что ты делаешь? — строго спросил он Рачаева, когда они остались как-то вдвоём.
Тот, по обыкновению, надолго задумался.
— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — ответил он. — Конечно, я мог бы заметить тебе, что это не твоё дело, но на этот раз вопрос уже так близок к окончательному решению, что уклоняться от ответа я не нахожу смысла. Если твоя сестра потребует от меня исполнения известного церковного обряда, я не буду сопротивляться.
— Да, она потребует! — сказал Агринцев и засмеялся, а доктор презрительно пожал плечами и потом долго разглядывал носки своей обуви.