Он не выпускал из своего кругозора Тер-Балаева. Несколько раз он подводил его то к какому-нибудь сановитого вида господину, то к набеленной, надушенной едкими духами старушке, и шептал:
-- Скажите что-нибудь любезное. Пригодится.
Тер-Балаев плохо следовал этому наставлению, но в нем росло впечатление, что он находится в таком избранном обществе, близость к которому вполне объясняет разностороннюю влиятельность хозяина.
Поймав на ходу Тамару, князь подмигнул ей на Тер-Балаева и шепнул:
-- А ведь не плох он в новом фраке, сшитом у первого здешнего портного! Дикарь поддается нашему воспитанию, очень поддается.
Тамара улыбнулась и направилась маленькими шажками к Тер-Балаеву, который, стоя подле жардиньерки с гиацинтами, издали, словно зачарованными глазами следил за нею.
-- О чем мечтаете? -- спросила она, остановись прямо перед ним.
-- О царице Тамаре, -- ответил Тер-Балаев. -- Ведь с тех пор, как вы напомнили мне эту сказку, мне все грезится, будто я с вами брожу в Дарьяльском ущелье, отыскивая старую башню.
Тамара засмеялась.
-- Почему же со мной? -- спросила она.