Марьяна опять усмехнулась и стала смотреть в сторону.
-- Вы воображаете, что знаете меня, -- сказала она небрежно.
-- Конечно, знаю. Вы вся на виду, в вас никакой женской лжи нет, -- выразился Дылда.
-- Что это еще за женская ложь такая?
-- А которая во всякой женщине есть. Евинская ложь.
-- Много вы понимаете в женщинах.
-- Вот вас -- понимаю.
Марьяна задумчиво посмотрела вокруг себя, потом на Дылду.
-- Пожалуй, вы правы, -- сказала она. -- Если бы вы стали мне глупости говорить, я бы вас великолепно выругала. А что я прямая -- это, кажется, правда.
-- Вы... да уж я знаю, какая вы! -- воскликнул Дылда, выражая голосом гораздо больше того, что заключалось в словах. -- Вы... вам цены нет!