-- Однако, почему вы решили, что деньги пропали бы? -- возразила все еще как будто ворчливым тоном Марьяна.
-- А вот поживем, увидим. Как узнаете на днях, что Галденов под конкурс попал, тогда и поговорим, -- ответил Дылда.
Марьяна велела ему сесть.
-- Чучело вы, и больше ничего, -- сказала она таким тоном, что Дылде показалось, как будто его ласково пощекотали по спине. -- И отчего вы, Дылда, такой хороший? Ведь вы очень, очень хороший. -- продолжала она, оглядывая его с любопытством, точно ее самое удивляло, что этот Дылда, должно быть, действительно хороший человек.
-- Что вы там хорошего нашли? Не пропадать же было вашим деньгам, -- возразил Дылда, -- Всякий на моем месте то же сделал бы.
-- Совсем не всякий.
-- Ну, так ведь и я не для всякого бы сделал. Вот для вас сделал, потому что очень люблю вас.
-- Что еще за глупости!
-- Я и не отрицаю, что глупости.
-- А вы не важничайте. "Я и не отрицаю"... Скажите, пожалуйста! Вы не смеете говорить, что это глупости.