-- Хотите пройти къ maman? Она будетъ очень рада васъ видѣть, пригласила княжна.
Ильяшевъ съ удовольствіемъ согласился.
-- Хотя, по случаю траура, я еще не показываюсь въ обществѣ... промолвилъ онъ въ видѣ извиненія.
-- Ну, что это, у насъ вѣдь не балъ, возразила радушно княжна.
-- Такъ въ восемь часовъ? шепнулъ князекъ на ухо Ильяшеву, провожая его по корридору.
-- Непремѣнно, пообѣщалъ Ильяшевъ.
Княжна прошла мимо пріемныхъ комнатъ, пустѣвшихъ въ своемъ парадномъ великолѣпіи, и ввела гостя въ небольшой и не очень свѣтлый кабинетъ княгини. Старушка, совсѣмъ не приготовленная къ этому визиту и потому позволившая себѣ въ своемъ костюмѣ нѣкоторыя совершенно мѣщанскія вольности, только ахнула, увидя Ильяшева, и скрылась за драпировкой, чтобы накинуть шаль.
-- Я потревожилъ княгиню... смутился гость, останавливаясь въ дверяхъ.
-- Нѣтъ, ничего; она сейчасъ явится, спокойно отвѣтила княжна и присѣла на стулъ у окна.
Княгиня дѣйствительно тотчасъ явилась, на ходу поправляя чепчикъ, выразила Ильяшеву свое соболѣзнованіе, причемъ глаза ея посмотрѣли на него совсѣмъ слезливо, и вздохнувъ раза два, удалилась: она съ молодыми людьми держала себя вообще нѣсколько отдаленно, справедливо сознавая что имъ съ нею скучно.