-- Только и видѣлъ какъ онъ вошелъ въ нумеръ, и сейчасъ заперъ за собой дверь. Я въ то время къ вамъ по корридору шелъ,-- въ корридорѣ-то не очень свѣтло. Однако примѣтилъ: высокій такой, сутуловатый, и ужь франтъ какой: рукавъ на сюртукѣ подпоротъ.
Ижемскій зароготалъ было, но тотчасъ опомнился.
Прошло съ полчаса; за стѣной совсѣмъ притихло, и не слышно было ни всхлипываній, ни голосовъ. Ильяшевымъ овладѣвало нетерпѣніе. Наконецъ послышалось какое-то движеніе, въ дверяхъ щелкнулъ замокъ, и незнакомая фигурка шмыгнула по корридору. Ильяшевъ тотчасъ вошелъ въ нумеръ.
-- Что это за таинственное посѣщеніе? Не секретъ? спросилъ онъ.
Катерина Петровна сидѣла съ заплаканнымъ лицомъ, вся взволнованная. Какъ только Ильяшевъ вошелъ, она порывисто бросилась ему на шею.
-- Милый мой, я тебя ни за что, ни за что не оставлю! Ты вѣдь не позволишь взять меня отъ тебя, не правда ли? заговорила она взволнованно и прерывисто, прижимаясь щекой къ его лицу.-- Это мой мужъ приходилъ, и видишь въ какомъ я состояніи!
Для Ильяшева мужъ Катерины Петровны не былъ такою новостью какъ для Соловцова: онъ кое-что зналъ о немъ отъ нея самой. Но появленіе его на сцену дѣйствія ни въ какомъ случаѣ не доставило ему удовольствія.
-- Что же у васъ за разговоръ былъ? спросилъ онъ.
Катерина Петровна не вдругъ отвѣчала, она продолжала всхлипывать и, вздрагивая, прижиматься къ груди Ильяшева.
-- Онъ тутъ кричалъ на меня, бранился; требовалъ чтобъ я сейчасъ къ нему переѣхала, грозился полиціей, объяснила она.