-- Другое дѣло когда я съ вами тутъ, вдвоемъ! сказалъ онъ, близко заглядывая въ лицо Полиньки блеснувшими глазами, и вдругъ обхватавъ ее руками, жадно поцѣловалъ.
-- Ты не вернешься уже въ маскарадъ? спросилъ Ильяшевъ.
-- Съ какой стати? Я уже и переодѣлась совсѣмъ, отвѣтила Полинька.-- А я думала, прибавила она съ простодушно-счастливою улыбкой, -- что ты совсѣмъ влюбленъ въ Катю.
-- Вздоръ какой! съ напряженнымъ апломбомъ возразилъ Ильяшевъ.
Полинька была совершенно счастлива: Ильяшевъ имѣлъ для нея неотразимую привлекательность молодаго человѣка играющаго на биржѣ.
-- А я еще нарочно схитрила съ Катей, не говорила до сихъ поръ Булухайскому....
Ильяшевъ вдругъ весь насторожился.
-- Катя вѣдь черезъ меня должна была получить отъ него деньги, продолжала Полинька.-- А я все о тебѣ помнила, думаю: скажу ему прежде. Такъ у нихъ до сихъ поръ ничего и не сладилось.
Ильяшевъ вдругъ опустилъ обвитыя вокругъ ея таліи руки и какимъ-то непонимающимъ взглядомъ смотрѣлъ ей въ глаза.
-- Ты, Полинька, добрая дѣвушка.... я тебя люблю, проговорилъ онъ внезапно зазвенѣвшимъ голосомъ, и посмотрѣлъ на часы.-- Но поздно.... прощай.