-- Я не хочу пить, сказала она.
-- Душа моя, я и безъ того не сегодня-завтра ушелъ бы отъ нихъ, объяснялъ братъ;-- потому что я имъ не нуженъ, а отъ нихъ мнѣ ожидать нечего! И очень хорошо что такъ вышло: современемъ мы Богъ знаетъ до чего бы разссорились.
-- Но куда же ты пойдешь, Лёва? спросила, нервно всхлипывая, Паша.
-- На квартиру, разумѣется! отвѣтилъ братъ.-- Къ счастью, у меня на первое время есть деньги, а тамъ увидимъ, не пропадемъ.
-- Но какъ это все ужасно, Лёва! воскликнула дѣвушка.
-- Не ужаснѣе чѣмъ здѣсь оставаться! возразилъ раздраженно молодой человѣкъ.-- Одно только тяжело, что по всей вѣроятности тебя ко мнѣ пускать не будутъ, добавилъ онъ нѣзкно. Онъ въ эти взволнованныя минуты непритворно любилъ сестру и чувствовалъ къ ней признательность.
-- А ты неужели не будешь приходить сюда? спросила дѣвушка.
-- Ты вѣдь слышала что меня видѣть на глазахъ не желаютъ? возразилъ съ горькою усмѣшкой братъ.-- Онъ въ этомъ положеніи не прочь былъ нѣсколько и порисоваться.
-- Ну, это только сгоряча было сказано, проговорила Паша.
-- Но оскорбленіе во всякомъ случаѣ таково что едвали я буду въ состояніи забыть его, возразилъ Левъ.-- И на твоемъ мѣстѣ, Паша, я бы тоже ушелъ! добавилъ онъ, не глядя на сестру.