Вскоре он действительно увидел ее. Она шла с молодым человеком очень обыкновенной наружности, довольно небрежно одетым. По самоуверенной, легкой походке и сдвинутой на затылок шляпе его можно было принять за артиста открытой сцены, гимнаста или футболиста. Он что-то оживленно объяснял Лелевой и иногда останавливался и чертил тросточкой на песке какие-то фигуры. По внимательному выражению на лице Лелевой можно было догадаться, что разговор очень занимал ее.
"Каботинское знакомство", -- подумал с легким пренебрежением Сулавский.
Лелева, поравнявшись с ним, рассеянно кивнула ему и прошла со своим спутником дальше. Сулавский следил за ними глазами. Они затерялись в конце аллеи, потом опять показались, но, не дойдя до Сулавского, повернули. Так повторилось несколько раз. Затем молодой человек где-то исчез, а Лелева скорыми шагами подошла к Сулавскому и протянула ему руку.
-- Были в театре? -- спросила она.
-- Опоздал к вашему выходу и поджидал вас здесь, -- ответил Сулавский. -- С кем это вы сейчас разговаривали?
-- А вы не знаете его? -- удивилась Лелева. -- Это -- Наинский.
-- Почему же я должен знать его?
-- Но его все знают. Его портреты во всех газетах.
-- Акробат?
Лелева рассмеялась.