Толичеев ничего не говорил. Он готов был согласиться, что, действительно, чем скорее, тем лучше.
И совсем новая волна ощущений и мечтаний нашла на него. Что-то как будто оторвалось, образовав просвет, и он в первый раз заглянул туда. И он шел все скорее, не обращая внимания на едва поспевавшего за ним спутника.
-- А скрипка-то, которую вы в Москве бросили, пригодится вам там... -- неожиданно сказал Иван Алексеевич, -- Чтобы сделать вам приятное, я уж так и быть похлопочу, чтобы ее вам вернули.
-- Да разве она у вас? -- с оживлением спросил Толичеев.
-- А то как же. Только ведь, она нам не нужна совсем. Эх, артист... надо же вам было не в свое дело мешаться!
Толичеев ничего не сказал. Ему мечталось о скрипке...
Впервые: журнал "Пробуждение" No 5, 1910 г.