-- Поймут, поймут, -- донесся с большой высоты чей-то звонкий голос.

Молодой жаворонок с молниеносной быстротой спустился к огорченному воробью.

-- Я тебя понимаю. Надо мною тоже все издеваются за то, что я не летаю, как они, над самой землей, а рвусь все выше и выше к синему небу. Не падай духом, милый брат, -- ты достигнешь своей цели.

Юный жаворонок подлетел к Воробью совсем близко, осмотрел его и промолвил:

-- Полетай ты немного надо мною, я посмотрю, много ли у тебя силы в крыльях. -- Воробей взлетел и поднялся выше жаворонка.

Когда воробей обратно вернулся к жаворонку, у последнего был довольно огорченный вид, и, подумав немного, он сказал ему: -- Твои крылья не смогут перенести тебя за море, мой бедный друг. Но ты не унывай, а подражай людям. Они совсем не умеют летать, однако, забираются куда только хотят. Они изобрели такой дом, который плавает по воде, называют его кораблем. Ты должен попасть на корабль...

Но Воробей не дослушал. Во время его разговора с жаворонком, оба странника незаметно ушли. Воробей видел вдали только два маленьких пятнышка. Он испуганно вскрикнул: -- Мои люди убежали от меня, и полетел вдогонку со всей быстротой, на какую он был только способен.

Когда стемнело, оба путника опять прокрались в товарный вагон. Воробей последовал за ними и проспал всю ночь. А черное чудовище носило его по горам, долинам, мимо рек и озер. Настал рассвет, люди вылезли из вагона. Воробей полетел за ними. Они прошли еще некоторое расстояние, и вдруг перед Воробьем открылось огромное водное пространство. Бесконечно и необозримо тянулась эта серо-голубая равнина, а к берегу рвались свирепые, чудовищно высокие волны с белыми гребнями пены.

Так вот оно море! Никогда еще Воробыш не чувствовал себя таким крохотным и беспомощным, как при виде этих страшных вод. Что он в сравнении с ними? Бедная, беспомощная, ничтожная пичужка. Глубокие вздохи поднимали его маленькую грудь, из блестящих глазок покатились слезинки.

-- О, быть бы мне дома в уютном гнезде, -- жалобно говорил он себе. -- О, если бы мне забраться под мамино крылышко, как я это делал, будучи еще маленьким птенчиком.