-- Если бъ ты не былъ такимъ слѣпымъ ретроградомъ, ты давно и самъ бы къ намъ примкнулъ,-- насупившись, сказалъ Жуйкинъ.
-- Завтра примкну. А теперь знаешь, Иванъ Иванычъ, что мы сдѣлаемъ? Погода отличная, луна свѣтитъ -- махнемъ-ка мы въ Фонтенбло. Я на прошлой недѣлѣ автомобиль купилъ, девяносто километровъ въ часъ откалываетъ. Ощущенія -- восторгъ...
Черезъ четверть часа оба пріятеля садились на выкрашенную въ алый цвѣтъ трепыхавшую машину. На Пташниковѣ была шуба мѣхомъ вверхъ и огромныя очки, въ видѣ банокъ. Онъ ощупывалъ то одно колесо, то другое, и громкимъ голосомъ дѣлалъ распоряженія. Рябковъ молчалъ, обѣими руками крѣпко держался за сидѣніе и, скромненько ухмыляясь, думалъ о томъ, что, вотъ, на обѣдѣ онъ двадцать пять су сегодня сберегъ, а теперь, ничего не тратя, еще и на автомобилѣ покатается...
"Русское Богатство", No 7, 1902