Свадьба обратилась в похороны. Все облеклись в черное. Весь город на сорок дней погрузился в траур. Но Били-Бильгейс ханум узнала юношу. Теперь она совершенно успокоилась, зная, что юноша жив и находится здесь.
После этого случая прошел ровно год. Повар часто вспоминал, сокрушаясь:
-Эх, собака! пришел откуда то и превратил свадьбу в похороны. Но юноша, надо сказать, был замечательный Просто язык не поворачивается, чтобы проклясть его.
- Вот собачий сын! Как жаль, что я не пошел и не видал его,-отвечал всегда юноша.
Хорошо сказали отцы и деды: “Умерший остается там, где умер”. Вот почему, соблюдя некоторое время траур и устроив поминки, стали постепенно забывать старшего сына.
Послал падишах передать Били-Бильгейс ханум.
- Пусть готовятся, я хочу выдать ее за моего среднего сына.
Снова пошли приготовления. Развели костры, повесили котлы, посыпали отборный рис в кипяток. Началась свадьба. На этот раз Били-Бильгейс ханум была спокойна. Она знала наверное, что юноша здесь.
В день скачек юноша снова, как и тогда, после ухода повара запер лавку, вышел на окраину города и пустил по ветру конские волоски. Конь стал передним. Он вскочил на коня и въехал в самую гущу состязавшихся. Пока народ спохватился и бросился за ним, он обезглавил шахзаде и подъехал прямо к падишаху. Сойдя с коня, он стал перед отцом. Видит падишах, что это-его сын.
Обняв его, падишах спросил: