— Вы, конечно, говорите это на основании солидного семейного опыта, — съязвил Федосов и тут же признался не без грусти: — А между прочим, милый друг, вы попали в самую точку. В нашей среде, к сожалению, имеет хождение такая философийка: «Пока молод — гуляй, а то пройдут годы и тебе нечего будет вспомнить...» Я и гулял. А вспомнить нечего. Выходит, променял одну на всех...
— Женитесь, что же философствовать?
— Ухаживал за Женей и хотел жениться, да вы помешали! — засмеялся Федосов.
Вернувшись в комнату, Алексей накинул на плечи Жене платок. Ее лицо как-то осунулось. Уж не всплакнула ли она? Алексей пытливо посмотрел на девушку. Может быть, в шутке Федосова есть зерно правды?
— Что с вами, Женя? — осторожно спросил он.
— Мне немножко грустно. Не пойму, почему. То ли оттого, что жалко стало довоенной жизни, то ли у меня сегодня настроение взвинченное.
— Хорошо, не будем больше заниматься воспоминаниями.
— Нет, рассказывайте! Я хочу дослушать до конца.
— Конца-то и нет в этой истории.
— Рассказывайте!