Материальные ресурсы участка были сосредоточены на большой базе на берегу Адуна, куда их доставили из Новинска частью по воде в навигацию, частью уже по ледовой магистрали на автомашинах. Теперь надо было развезти материалы по трассе, растянуть в одну нить трубы. Строители участка и были заняты сейчас, главным образом, на транспортных работах: одни непрерывно улучшали и поддерживали зимник, другие грузили трубы и материалы, третьи перевозили их на автомашинах и конными обозами.
Развозка была главной производственной задачей всех участков. Она специально интересовала Беридзе и Ковшова. На всем пути по трассе инженеры не оставляли без внимания ни одного штабеля, ни одной трубы. Поэтому, познакомившись с шоферами, они вмешались в их разговор.
— У вас не лучше, чем на четвертом участке. Везде та же история,— рассказывал Алексей. — Много труб, разбросанных как попало, у дороги. То и дело встречаешь их. Эти трубы явно лишние, сброшены либо из-за аварии, либо по нерадивости шофера. Прямо-таки бедствие получается, товарищи! По моим подсчетам, на вашем участке не меньше трети сброшенных труб. Надо что-то придумывать, иначе мы запутаемся в счете и без конца будем перетаскивать их с места на место.
— Строгости надо больше к шоферам, — серьезно сказала девушка-диспетчер Муся Кучина. — Дай им масло возить — небось, не побросают на дороге. Они же белоручки: если разладилось — трубы с машины долой, и дело с концом!
— Нечего на всех-то наговаривать! — возразил Мусе шофер Солнцев. У него было выразительное лицо с большим носом и вдумчивыми, чуть выпуклыми глазами. — Есть, конечно среди нас всякие люди, но главная причина — груз нескладный. Чуть что, и угодил в кювет. Ну и приходится сваливать трубы.
Развозка недаром заботила инженеров, недаром и шоферы жаловались на нее. На каждом километре трассы требовалось растащить в одну нить до сотни труб длиной в одиннадцать метров, весом в тонну каждая. Возить приходилось на далекие расстояния. Довезти такой груз до места можно было только по хорошим дорогам. Но летних дорог строители еще не имели.
Руководители строительства поставили задачу перед участками очень остро: либо теперь, зимой, они развезут трубы по ледовой магистрали и по участковым дорогам — и тогда сварка нефтепровода начнется ранней весной, без задержки. Либо это не удастся, наступит весна и распутица, много времени уйдет на постройку летних дорог, и на сооружение самого нефтепровода не хватит ни сил, ни времени.
— Я не говорю, что трубы возить легко. Я говорю, что вы, товарищи автомобилисты, стараетесь облегчить себе задачу, когда этого делать нельзя, — спорила Муся с шоферами. — Махов единственный из вас выполняет норму, это мне известно лучше, чем кому другому. За последние три дня у него лишь два рейса кончились неудачей. А за тобой, Солнцев, сколько недовезенных труб? Машины у вас одинаковые, а работа разная. Почему?
Муся с явной симпатией взглянула на сидевшего у окошка шофера с темно-голубыми глазами.
— Ты сама спроси у Махова, почему он такой удачник, — отвечал Солнцев девушке. — Мне сдается, ты ему по блату засчитываешь бросовые трубы. Он сбросит, а ты все равно считаешь, что он довез до места.