— Решения, по существу, нет. Это белое пятно в проекте, — ответил Кобзев. — Я надеюсь, Беридзе и Алексей Николаевич принесли нам что-нибудь с трассы.
— То-то и оно — принесли! Вот и нет теперь белого пятна! — торжествующе сказал Тополев. — Траншею будем делать взрывами!..
Насладившись произведенным впечатлением, он попросил всех сесть и начал излагать суть своего предложения, не упоминая, что он и есть его автор. На самом интересном месте его объяснения прервал приход секретаря начальника строительства: Тополева вызывал к себе Батманов.
«Ага, старик, ты входишь в моду!» — удовлетворенно сказал себе Тополев. Он догадывался, ждал, что его вот-вот позовут. Он почти бежал по коридору; Кобзев и Гудкин едва поспевали за ним.
— Кузьма Кузьмич, досказали бы до конца, а то теперь и работать не сможем до вашего возвращения, — упрашивал Гудкин.
Тополев не слышал. Он все ускорял шаги. Усы его шевелились, чуть слышно старик напевал басом:
Чтобы тело и душа
Были молоды, были молоды...
Ты не бойся ни жары и ни холода,
Закаляйся, как сталь!..