— Когда же это будет? Надо просеку рубить, и дорогу делать, и за зиму успеть трубы развезти, обстроиться...
— Я не собираюсь откладывать на весну штурм острова. Мы перепрыгнем на Тайсин, когда забросим хотя бы половину грузов и проложим трубопровод в проливе за середину.
Они пришли к сварщикам. Батманов остался доволен, увидев Кедрина лежащим не на голой земле, а на ватном матраце. Такие же матрацы были и у остальных сварщиков. Кроме того, на площадке стояли два домика, где сварщики могли греться. Василий Максимович повернул обратно.
— С некоторых пор вы изменили свое отношение ко мне, — заговорил, не отставая от него, Рогов. — Я тяжело это переживаю.
— Так и тянет тебя сегодня на излияния,— сказал Батманов с досадой. — На морозе надо поменьше рот открывать, горло можно простудить. Говорят, мужчинам полагается быть сдержанными в выражении своих чувств.
Рогов был подавлен словами Батманова и тоном, каким они были произнесены.
— Ты не опускай головы. У тебя такая крепкая шея, что не идет тебе опущенная голова, — добавил Василий Максимович, пряча улыбку. — Чтобы раз и навсегда все было ясно между нами, рискну и я пойти на излияния. Вопроса с островом ты, пожалуйста, не связывай с моим отношением к тебе. К острову у меня другой подход, чем к пятому участку и даже проливу. Мы как строители растем, и тактика наша изменяется, не правда ли? Теперь о тебе, о моем отношении к тебе. Я еще до нашего разговора с тобой, посоветовавшись с Залкиндом, решил ставить тебя на остров.
— Я оправдаю ваше доверие! — быстро, с чувством воскликнул Рогов.
Батманов поморщился:
— Опять эти восклицательные знаки! Еще так скажи: «Беру на себя следующие обязательства». Надо понять: многое между людьми ясно и без слов. Не понимаешь отношения к себе? По-моему, все понятно. Комплименты тебе говорить за все хорошее? Ты не барышня. На плохое показывать пальцем? Могу, конечно, если желаешь. Возьмем самый свежий пример. Я от тебя не раз слышу: дайте мне задачу грандиозную. Сила молодецкая, богатырская играет? Предположим, хорошо, что она играет. Однако зачем тебе обособляться, превращаться в Ваську Буслаева? Не модный ведь образец. Ты Махова обозвал индивидуалистом, получилась забавная штука. А знаешь ли, что к тебе это длинное слово больше подходит? Инженеры, видишь ли, уже мешают тебе! Сдается мне, что и на коллектив ты смотришь как на материал, из которого вьют веревки. — Рогов издал бессловесное восклицание в знак протеста. — Если не так, я рад. Ты что-то говорил об уважении ко мне. Неужели не разглядел при всем своем уважении, что я без инженеров и коллектива — ноль без палочки? Я это признаю без всякого огорчения. Наоборот, доволен, что мне дано понимать это. Не понимать этого — значит, уподобиться человеку, подрубающему сук, на котором он сидит. — Батманов закашлялся, слишком широко глотнув студеный воздух. — Ты меня, признаться, огорчил, Александр Иванович, своим разговором. Посмотри, сколько здесь достойных людей, и никто не ершится, не выхваляется силой, не требует сверхъестественных заданий — вовсе забыли про себя, впряглись и тянут изо всех сил.