Лишь прибрежная полоса земли была пока в руках строителей — на ней расположились они, как на отвоеванном плацдарме, со всеми завезенными сюда материалами, трубами, механизмами, запасами продовольствия. За площадкой сразу начинался лес.
Он стоял мощной стеной, словно вышел людям навстречу, чтобы помериться с ними силами и не пустить их дальше. Деревья росли в несколько ярусов. Всех выше была стройная колоннада лиственниц и ясеней, пониже — березы, кедры и ельник. В самом нижнем ярусе разросся кустарник. В целом это была единая, дикая, тесно сплетенная и перекрещенная преграда из стволов и ощетинившихся ветвей. Тайга угрюмо и настороженно молчала, как бы выжидая, что станут делать пришельцы дальше.
Беридзе, Рогов и Ковшов со скалы оглядывали эту картину, неприветливую даже под солнцем.
— Тайсин означает жилище богов? Неуютное же место выбрали себе боги для жилья, скажу вам, — пошутил Алексей.
— Да, квартирмейстер у богов неважный, — поддакнул Рогов
— Надо понимать, мы стоим у начала одного из тех белых пятен, товарищ главный инженер, по поводу которых мы с вами неоднократно сокрушались, — заметил Алексей.
— Ничего, мы быстренько нанесем на него красную черту, — успокоил его Беридзе.
Они спустились к мало приметной возле леса, старенькой, круглой фанзочке, поставленной, очевидно, рыбаками. Рядом стоял ветхий амбарчик на сваях — «избушка на курьих ножках», как назвал ее Рогов. Почему-то Беридзе избрал для штаба именно фанзу, хотя на берегу уже вырос целый палаточный поселок.
— Королевский дворец! — сказал он, насмешливо окинув взглядом почерневшие стены фанзы, уже пылавшую печку и белый, пахнущий свежим деревом стол. — Здесь, в этой резиденции тайсинских королей, мы дадим приказ о наступлении.
В избушке инженеры еще раз уточнили план действий. Ковшову с Тополевым и Таней Васильченко предстояло заниматься укладкой нефтепровода с этого берега, Рогов получил задание двинуться в глубь острова, прокладывать трассу нового участка. Все обсудив, они вышли к проливу.