-- Тутъ должна быть кукушка,-- рѣшилъ онъ, какъ опытный механикъ,-- неправда-ли, Жукъ1?
Но Жука не было въ столовой; онъ помогалъ дядюшкѣ устраиваться.
Филя побѣжалъ за своимъ пріятелемъ, но скоро вернулся совершенно разстроенный. За нимъ показался Васька съ огромнымъ самоваромъ.
-- Что случилось, Филя?
-- Обжегся и обварился,-- объявилъ Филя, и прибавилъ, указывая на Ваську:-- Этотъ Степка-растрепка на меня наскочилъ...
Лицо Васьки освѣтилось добродушной улыбкой.
-- Ладно окрестилъ меня барчукъ,-- молвилъ онъ, грузно опуская самоваръ на столъ.
Въ сосѣдней комнатѣ появился дядюшка въ облакахъ табачнаго дыма. Судя по его распоряженіямъ, можно былъ заключить, что онъ намѣренъ провести тутъ остатокъ дней, а между тѣмъ мы пріѣхали сюда только на двое сутокъ.
Съ помощью Жука, Андревны и Васьки дѣлались разныя приспособленія, чтобы дядюшкѣ удобно было читать газеты и журналъ, которые онъ захватилъ съ собою; клѣтку съ чижомъ унесли куда-то далеко; на окно повѣсили стору, такъ какъ яркій свѣтъ заставлялъ дядюшку жмурить глаза; дорожныя вещи, въ числѣ ихъ халатъ, погребецъ и подушку, размѣстили такъ, чтобы Андрей Иванычъ могъ имѣть ихъ постоянно въ виду.
Устроивъ дядюшку, Андревна спѣшила заварить чай. Мы прихлебывали горячій чай, когда часы зашипѣли, дверца открылась и изъ нея показалась кукушка, чтобы хриплымъ голосомъ возвѣстить часъ и скрыться.