Онъ кивнулъ головою направо и налѣво, улыбнулся и своей неловкой походкой направился къ двери, вслѣдъ за Ѳедоромъ Ѳедорычемъ...
Дверь затворилась.
-- Однако, господа, какъ-же это такъ?!-- спрашивали мы другъ друга въ недоумѣніи.
Многіе, въ томъ числѣ и Филя, повскакали со своихъ мѣстъ, хотѣли бѣжать за нимъ по горячимъ слѣдамъ и объяснить директору и всѣмъ... Но что объяснить? Что сказать? Никто не могъ опредѣленно отвѣтить.
Въ концѣ концовъ, случилось то, что всегда случается при такихъ обстоятельствахъ... Жукъ ушелъ одинъ, а мы всѣ остались въ классѣ здравыми и невредимыми!
Глава Шестнадцатая,
въ которой читатель найдетъ развязку предыдущаго.
На этотъ разъ недѣлю слишкомъ томился Жукъ въ карцерѣ. Шла молва, что самъ директоръ убѣжденъ былъ въ невинности наказаннаго, но тѣмъ не менѣе, наказаніе, по слухамъ, было примѣрное...
Тщетно пытались мы проникнуть къ Жуку. Михѣичъ, всегда снисходительный, въ особенности къ Филѣ, теперь превратился, по приказанію начальства, въ злобнаго Цербера, охранявшаго адъ древнихъ. Мало того, что онъ издали еще кричалъ: "Эфтого нельзя, барчуки"!-- въ рукахъ у него постоянно торчала громадная метла, которою онъ и угрожалъ посѣтителямъ.
-- Михѣичъ, голубчикъ! я тебѣ дамъ бомбошку,-- шепталъ Клейнбаумъ,-- если ты только позволишь посмотрѣть въ щелочку!