-- Прекрасно! А который-же изъ нихъ Жукъ?
Узнавъ, что Ильинскій здѣсь, Клейнбаумъ-отецъ рѣшилъ идти вмѣстѣ съ нами, чтобы окончательно порѣшить насчетъ мѣстопребыванія Жука...
-- А я ѣду съ папенькой, только черезъ три дня,-- сообщилъ намъ Миша, когда мы вчетверомъ шли домой.
-- Почему такъ?
-- Платье еще неготово... Одно совсѣмъ сшили, а пока шили, я подросъ... Приходится выпускать.
-- Ха, ха, ха! Старая исторія...
-- Онъ у меня будетъ тамбуръ-мажоръ,-- замѣтилъ Михаилъ Филиппычъ.
Наши сидѣли за завтракомъ. Появленіе двухъ Клейнбаумовъ никого не поразило, потому что дядюшка, предвидѣвшій рѣшительно все на свѣтѣ, предусмотрѣлъ и ихъ приходъ. Для гостей стояли на столѣ приборы...
Познакомившись со всѣми, Михаилъ Филипычъ съѣлъ, котлетку и тотъ-же часъ приступилъ къ дѣлу: но и тутъ повторилась та-же исторія: дядюшку онъ принималъ за Ильинскаго, а Ильинскаго за дядюшку.
-- Обязанъ...-- объявилъ ему Иванъ Павлычъ,-- не знаю, право... чѣмъ могу...