-- Будетъ кто-нибудь, кромѣ насъ?
-- Не знаю... можетъ быть.
-- Голубчикъ, Сеня, устрой такъ, чтобъ былъ кто-нибудь! Главное, чтобъ были барышни... Вѣдь есть-же у васъ знакомыя... Танцы устроимъ...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Пробилъ желанный часъ -- и школа опустѣла. Я немедленно сообщилъ мамѣ радостную вѣсть, что на третій день праздника придутъ Филя и Жукъ, о которыхъ она имѣла до сихъ поръ весьма смутное понятіе.
-- Хе, хе, хе!-- сказалъ дядюшка,-- милости просимъ!
Старикъ вспомнилъ былое, пріосанился и разсказалъ кстати, какъ, лѣтъ сорокъ тому назадъ, онъ приглашалъ къ себѣ на Святки товарищей.
-- Люблю молодежь!-- закончилъ онъ.-- Приготовленій, того... никакихъ, хлопотъ -- никакихъ, и, все-таки, того!...
Одна няня не выразила при этомъ ни малѣйшаго удовольствія и поспѣшила принять мѣры предосторожности. Особенно этотъ Жукъ представлялся воображенію доброй старушки такимъ разбойникомъ, что она сочла за благо припрятать въ надежное мѣсто всѣ мои игрушки и книги съ картинками.
-- Сама на чердакъ уйду,-- говорила няня,-- дядюшка Андрей Иванычъ пригласилъ ихъ, такъ и пущай расправляется съ ними, какъ знаетъ, а меня не зовите.