В больших городах, как, например, в Петербурге и Москве, торгуют подержанными книгами букинисты. У каждого букиниста имеется вывеска: "Букинист N. Покупка и продажа подержанных книг". На окнах, на дверях и за стеклянными рамами выставлено напоказ несколько подержанных книг и старых гравюр. На книгах имеются ярлычки с надписью: "вместо 2 рублей -- 30 копеек", "вместо 1 рубля -- 25 коп." и т. п. Впрочем, бывают надписи и такого рода: "вместо 1 рубля -- 50 рублей: редкость!" Это значит, что известная книга стала библиографической редкостью, и её нигде больше не купить, кроме букиниста.
Чьим потребностям удовлетворяют букинисты?
Подобно тому, как, благодаря тряпичникам, старое поношенное платье с барского плеча переходит в руки бедняка, так точно, благодаря букинисту, старые книги попадаются "нищим духом". Букинисты -- это книжные старьёвщики. После смерти какого-нибудь любителя книг наследники нередко сбывают их букинисту на вес, с пуда, по известной цене. Гимназист, вполне постигший "корень учения", сбывает свои поистрёпанные книги букинисту, от которого их опять купит какой-нибудь бедняк-школьник, быть может, будущий Ломоносов.
Петербургские тузы-букинисты торгуют бойко, не хуже заправских книгопродавцев, издают своим "подержанным книгам" каталоги, с обозначением цен, а иногда и с указанием библиографических справок.
Нередко на книге у букиниста вы встретите лаконическую надпись: "Для отзыва". Это значит, что книга побывала в одной редакции -- "для отзыва", а из рук рецензента она попала к букинисту.
Лет десять тому назад в Петербурге букинисты торговали в "ларях" на Невском проспекте и других улицах.
Но когда И. И. Глазунов был С.-Петербургским городским головой, он уничтожил эти лари, как неудобные на многолюдных улицах столицы. Букинисты объясняли это распоряжение иными мотивами: так как И. И. Глазунов был в то же время и книгопродавцем.
В начале нынешнего столетия букинисты торговали вразнос: они ходили с мешками за плечами по квартирам и предлагали книги своим знакомым покупателям. При этом выменивали одни книги на другие. Особенно ходко шли книги вольного амурного содержания -- для "золотой молодёжи", а также и "подпольные издания". В то время букинисты были главными поставщиками, так сказать, "запретного плода" по части печати.
Покупатели заказывали букинисту достать такую-то вещь, и букинист доставал, конечно, за дорогую плату.
Но правительство узнало, чем промышляют букинисты (или, как их тогда называли, сорочники, потому что они ходили с мешками), и промысел их вразнос был воспрещён.