-----
Близ Сычевки, уездный город Смоленской губ., вели пленных французов; по неосторожности и пьянству, конвой наш (?) у них ружья; они ушли и начали стрелять по мужикам; сии, вооружась дубинами и дрекольями, на них ударили, половину перебили до смерти, иных до полусмерти, прочих перевязали. Слух о нападении французов пронесся по деревням; не знали, что пленные взбунтовались, но подумали, что то войска французские. Через несколько часов 9,000 тыс. вооруженных крестьян с своими помещиками пришли на помощь своих соседей.
-----
Дохтуров, получа двукратное повеление оставить Смоленск с угрозою от Барклая, что откажет ему от команды и напоминанием, что имеет власть его расстрелять, пошел в собор, отпел молебен, поднял чудотворный образ Смоленской Богоматери и увез с собою. Все плакали, выходя из Смоленска. Вдали, посреди рыдающих воинов наших, слышны были восклицания французов: vivе l'Еmреrеur. О милосердый Боже, сжалься над горестной Роccией; некто сказал: справедливее бы им кричать: vivе Ваrсlai.
-----
Бертье писал к (?) чтобы предложил Государю оставить местных начальников в губерниях, занятых французами, дабы облегчить поселян и обывателей и сохранить порядок; он прибавляет в письме своем, что хотя и далеко зашло между Францию и Россиею, но имп. французов не удален от возобновления согласия, что он видел письмо его и одобрил и что свидетельствует почтение императору русскому.
-----
А. С. Шишков говорил Барклаю о беспорядках и обидах, причиненных войсками обывателям, на коих и управы нельзя найти. Барклай отвечал очень хладнокровно, что имеет один токмо предмет -- сбережение армии, не думая более ни о чем. Он положил себе в голову, что Россия для армии, а не армия для России. Превосходная логика.
-----
Когда пришло известие от Эссена, будто 40,000 французов переправились через Двину и идут к Петербургу, то мин. внутр. дел Козодавлев уклал все свои пожитки в 18 сундуков и отправил в Тихвин, в монастырь, прося архимандрита поставить в самое безопасное место; сей не нашел вернее и безопаснее места, как в ризнице за алтарем; сундуки большие не входят в северные и южные двери, надо нести через царские мимо престола, в царские двери не входят, тяжело, и простые монахи и иеромонахи в облачении тащили сундуки, от тягости коих пол треснул.