И устремить полетъ во мрачные края,
Изъ тмы забвенія, изъ мрака вѣчно спящихъ,
Чтобъ тѣни двухъ извлечь любовниковъ стенящихъ
И внесть ихъ имена во свой плачевный стихъ;
На слабость не смотря и робость силъ моихъ,
Судьбу ихъ жалостну провозгласить всемѣстно.
О, чтимо божество мной тайно и нелестно!
Котораго вотще изображалъ черты
Цефизы въ имени и лестной красоты *;
О ты, чей зракъ всегда мой духъ собой плѣняетъ,