И сразу же завязалась большущая драка. По одну сторону — четырнадцать настоящих пимфов в форменных костюмчиках, вооруженных палками, по другую сторону — всего двенадцать безработных, дети настоящих безработных и других антифашистов. Когда началась драка, у них еще не было палок. Но — раз, два, три! — палка Эвальда в руках у Кара. Еще раз, два, три! — и чья-то палка у Кунца и еще чья-то у Лампе.
Генрих в испуге прижался к стене.
Генрих в испуге прижался к стене. Он только видел, как ломаются палки, летят фуражки и кепки, взлетают кулаки, мелькают ноги, трое-четверо мальчиков схватились и катаются по земле. Он видел, как из дома выскочил Лотар и закричал безработным: «За пояс, за пояс хватайте! Это самый лучший прием!» И тут же сам показал, как это делается. Лотар был не из сильных, и все же два настоящих пимфа вмиг полетели наземь.
Генрих еще крепче прижался к стене. Он никого не трогал и как раз хотел улизнуть, когда толстый Эвальд ухватил его за ворот курточки.
— Постой же, красная собака! — крикнул он яростно, потому что успел уже получить с десяток крепких тумаков. — Мы тебе покажем!
И он поднял маленького Генриха в воздух и ударил его об стену.
Генрих так испугался, что у него сердце замерло. Не от удара в голову, — хотя было очень больно. Он испугался потому, что подумал: вдруг увидит это Вольфи? Тогда конец будет Эвальду. Вольфи сразу схватит его за горло и разорвет в клочки. Тогда сразу примчится полиция, — сразу штраф и тюрьма… «Счастье, что Вольфи тут нет!» подумал Генрих, когда Эвальд поднял его во второй раз. Но кто-то сильно рванул пимфа за пояс. Это был Лотар.
— Только это вы и умеете! — кричал Лотар, сверкая глазами. — Бить малышей и безоружных — на это вы ловкачи!
Эвальд отпустил Генриха и замахнулся кулаком на Лотара. Но Лотар быстро нагнулся, и Эвальд с размаху качнулся вперед. Лотар мигом подставил ему ножку, и Эвальд растянулся во весь рост на земле.