-- Он сказал, что он купец, торговец сандаловым деревом, а не пират и что если я приму участие в этом плавании, то получу изрядную долю дохода, а когда мы достигнем цивилизованного острова, я могу покинуть судно, если мне захочется.
Билль нахмурил брови, и глаза его засверкали злобой.
-- Он сказал правду, когда назвал себя торговцем сандалом, но он лгал, когда...
В это время громкое распоряжение капитана прервало рассказ Билля.
Дремлющая команда, услышав зычный голос своего командира, немедленно приступила к выполнению приказания.
Спустя некоторое время, когда на палубе снова стало тихо, мы с Биллем продолжили наш разговор.
-- Скажите мне, Билль, значит, правда, что эта шхуна не пиратское судно, а торговое? -- спросил я.
-- Да, Ральф, это правда, но оно бывает и пиратским. Черный флаг, который ты видел на бизань-pee, не был случайностью.
-- Тогда как же можно называть ее торговым судном?
-- Очень просто. Когда нельзя взять силой, мы становимся торговым судном, но все же капитан предпочитает применять силу вместо торговли. Ральф, -- понижая голос, добавил он, -- если бы только ты видел ужасные дела, которые творились здесь, на палубе, тебе не пришло бы в голову спрашивать, пираты ли мы. Но ты скоро сам убедишься во всем этом.